Эстетика русалок и викторианская Англия на первый взгляд принадлежат разным мирам — один про морскую стихию и загадочность, другой про сдержанность, корсеты и драматизм эпохи. Но именно в их пересечении рождается один из самых красивых трендов последних сезонов.
Современная мода все чаще обращается к историческим силуэтам, смягчая их легкими тканями, полупрозрачностью и движением. В результате строгая викторианская конструкция приобретает чувственность, а «русалочья» романтика — благородство и глубину.
На премьере фильма «Грозовой перевал» в Сиднее Марго Робби продемонстрировала идеальный пример такого синтеза — образ, в котором корсетная архитектура платья сочетается с иллюзией морской пены на подоле и идеальными русалочьми кудряшками.
Бьюти-образ актрисы был выстроен с безупречной точностью. Прямой, идеальный пробор подчеркивал симметрию лица и задавал образу благородную строгость. Волосы Марго были гладкими и ухоженными, без лишнего объема у корней. При этом длину она уложила в S-образные локоны — мягкие, текучие, в духе ретро-эстетики старого Голливуда или даже русалочек.
Эти волны красиво обрамляли лицо и плечи, создавая эффект движения, словно волосы слегка колышет морской бриз. Такая укладка идеально поддержала концепцию русалки, но при этом сохранила историческую отсылку к викторианской сдержанности.
Макияж Марго Робби получился деликатным и очень гармоничным. В основе — нюдовая палитра, подчеркивающая естественную красоту актрисы. Кожа звезды выглядела свежей и сияющей. Лёгкие персиковые румяна добавили образу тепла, смягчив холодноватый оттенок платья. На веках — светлые тени, которые визуально раскрыли взгляд и поддержали общую воздушность образа. Отсутствие ярких акцентов сделало макияж почти невесомым: он красиво подчеркивал романтичность платья.
Главным героем вечера стало платье Марго. Длинное белое одеяние с корсетом выглядело как современная интерпретация викторианского силуэта. Жесткая конструкция лифа подчеркивала талию и создавала ощущение архитектурной четкости.
Контрастом к строгому лифу стали полупрозрачные рукава с эффектной «бахромой», созданной из тончайших слоев ткани. Эти рваные, воздушные края напоминали морскую пену или водоросли, колышущиеся в воде. Тот же прием повторялся и на подоле платья.
Мягкий, молочно-белый оттенок платья усиливал ассоциации с морской эстетикой. В сочетании с изящным чокером на шее и минималистичными украшениями образ получился цельным и продуманным до мелочей.