Грег Фрейзер — один из самых востребованных операторов современности. За его плечами «Дюна», «Бэтмен», «Изгой-один: Звездные войны. Истории», но даже с таким опытом работа над новым фильмом Фила Лорда и Кристофера Миллера «Проект „Конец света“» стала для него настоящим испытанием.
«Это самый сложный фильм в моей карьере», — признается Фрейзер в интервью Variety. Одна из ключевых сцен фильма — первая встреча героя Райана Гослинга с инопланетянином по имени Рокки. Действие происходит внутри длинного туннеля, через который должны проникать солнечные лучи. Все это создавало для операторской группы почти нереальные задачи.
«Солнце должно было проходить сквозь этот материал, и это создавало ряд проблем, потому что туннель был 70 футов в длину (больше 20 метров)», — объясняет Фрейзер. Обычный подход, когда свет перемещают на раме по окну или объекту, здесь не работал — требовалось, чтобы все пространство туннеля было охвачено светом одновременно.
Оператор нашел вдохновение в документальных съемках глубоководных аппаратов: «Я много смотрел кадры, где погружаются в полную темноту, освещенную только фарами субмарины или налобными фонарями». Идея была в том, чтобы зритель чувствовал, как герой спускается в колодец, навстречу неизвестности.
Чтобы создать эффект движущегося солнца, команда Фрейзера использовала неожиданное решение — множество старых ламп накаливания. «Мы физически не могли получить достаточно LED-света для этой задачи», — признается оператор. Все использованные лампы — старая школа, но с одной важной технологической деталью: «Мы их пиксель-маппили, чтобы солнце могло вращаться в любой нужной нам конфигурации».
Сцена с Рокки стала отдельным вызовом. У персонажа нет лица, нет черт, по которым можно было бы считать эмоции — только выразительная кукольная анимация. При этом его можно было освещать только фронтальным светом, и этот свет не мог исходить от него самого, только от «солнца» со стороны туннеля.
«Если вы поговорите с любым оператором, он вам скажет, что от таких задач мы просыпаемся в холодном поту. Мы освещали персонажа, похожего на камень и на паука, без всякой мимики, который выражает эмоции только через кукловождение», — шутит он.
Грег выбрал для съемок камеру Alexa 65 — широкоформатный сенсор, но с необычным техническим решением. «Мы сжали изображение вертикально, а не горизонтально», — объясняет он. Это позволило сделать такие блики на кадре, которые соответствуют визуальному языку фильма.
Оператор также сознательно ушел от идеи съемок на пленочные камеры IMAX, несмотря на то, что фильм выходит в этом формате. «Кассеты IMAX рассчитаны на три минуты съемки, они шумные, и мы могли бы заглушить шум, пока Гослинг в шлеме, но это все равно не дало бы нам нужного результата».
Для визуального языка фильма Лорд и Миллер выбрали референсы из 70-х и 80-х: «Солярис», «Чужой», «Космическая одиссея 2001 года». Им нужен был «аналоговый» оттенок, ощущение пленки, которая лишена цифровой стерильности.
Один из визуальных лейтмотивов фильма — разноцветные блики, которые появляются в кадре при движении света. Их секрет оказался удивительно прост. «Я нашел в интернете, на Amazon, красивый радужный фильтр. Он создает потрясающие радужные полосы на свету, и это стало одной из визуальных тем всего фильма», — раскрывает оператор.
Судя по первым отзывам, усилия того стоили. Фильм стартовал в прокате с впечатляющими сборами и получил восторженные отзывы зрителей, которые особенно отмечают визуальную красоту космических сцен и уникальную атмосферу.