Роман выйтет в двух томах — сначала в электронном и адуиоформате в сервисе «КИОН Строки», а чуть позже появится и бумажная версия книги, которую напечатают в издательстве «Питер». Ну а пока — прямо здесь и прямо сейчас — ты можешь прочитать большой отрывок из произведения, который нам любезно предоставили в «Строках». Текст публикуется со всеми сносками.
Нижнее Царство. Столица империи
Глубокой ночью, в первое полнолуние года вспыхнул свет в окнах поместья генерала.
Раздались тяжелые шаги — мужчина медленно расхаживал туда-сюда по залу. Генерал Бай Сюнь, обычно мягкосердечный и открытый, нахмурил густые брови, из-за чего морщинка между ними стала походить на иероглиф «река»3. В заложенных за спиной руках заскрипела кожаная оплетка кнута.
Бледная госпожа Бай прижималась к пожилой служанке и с надеждой смотрела в окно сквозь пелену слез.
Чуть повернув голову, генерал Бай взглянул на измученную супругу — сердце его сжималось одновременно от злости и печали. Мгновение спустя он щелкнул кнутом по полу, разорвав звенящую тишину.
— Когда эти негодницы вернутся, я им хорошенько всыплю! И на этот раз никто не сможет меня остановить!
Заскрежетав зубами, Бай Сюнь небом поклялся, что не нарушит своего слова.
Посмотрев на мужа покрасневшими глазами, госпожа Бай сказала:
— Муж мой, уж сколько раз ты будешь повторять это? А если с Си-эр и Шо-эр4 что-то случилось?.. Я же умру от горя…
Генерал Бай любил супругу больше жизни. У него перехватило дыхание от ее слов. Отбросив кнут, он крепко обнял госпожу Бай.
— Жена моя, ну что ты такое говоришь? Я уже отправил стражу на их поиски. Да еще обратился к императорской гвардии в Дали-сы1 и в Бинма-сы2, чтобы к ним присоединился караульный отряд. Уверен, с этими малявками все в порядке!
Сноски:
3 Иероглиф выглядит так: 川.
4 «-эр» означает «ребенок», обычно употребляется с детскими именами; также имеет уменьшительно-ласкательное значение.
1 Палата по уголовным делам.
2 Данное учреждение ведало в столице вопросами поимки разбойников и мошенников, а также проводило следственные мероприятия.
Он смотрел на супругу, и боль от воспоминаний о кровопролитных побоищах на уличном рынке быстро начала утихать. Вскоре безжалостно-высокомерный взгляд его смягчился.
— Если кто осмелится прикоснуться к дочерям Бай Сюня, я уничтожу всю его семью!
После этих слов тревога госпожи Бай отступила, но она все равно продолжала сквозь слезы глядеть в окно.
У Сун Линя — главы Дали-сы, — явившегося в поместье с докладом, душа ушла в пятки, едва он услышал яростный рев Бай Сюня. Он сделал глубокий вдох и вошел.
Что же такое творится? Все сидят по домам и празднуют, а у генерала в поместье стоит шум-гам. Ага — две его дочери пропали прямо во время праздника фонарей, и их до сих пор не нашли. А если с ними что-то случилось? Тогда у него, главы Дали-сы, будут серьезные проблемы. Оказывается, поднять одновременно императорскую гвардию, городской гарнизон и людей Дали-сы могут не только отпрыски императорской семьи, но и драгоценные дочери генерала Бай Сюня.
Другое дело, если бы речь шла о никому не нужных детях старых придворных или дворцовой знати. Но этих девочек искренне любили!
Генерал был родом из скромной деревенской семьи, но смог достичь невероятных высот: во времена Великой Цзин он стал полководцем и снискал громкую славу — вся его жизнь была похожа на удивительную театральную постановку. Его семья жила у самого подножья горы Тайшань. В молодости он был безалаберным, как большинство мальчишек, но с самого рождения отличался нечеловеческой силой и потому всегда мог добыть себе кусок хлеба, работая носильщиком. По воле судьбы он спас девушку из поместья Юнъань-хоу — она по неосторожности упала в воду, прогуливаясь недалеко от дома Бай Сюня, — и влюбился в нее с первого взгляда. Юноша не боялся ни неба, ни земли3. Человеком он был простым, привыкшим к жизни в сельской глуши, а потому не имел никакого представления ни о простейших правилах этикета, ни об иерархии. Перекинув через плечо узел с платьем, он направился в столицу, прямо в поместье Юнъань-хоу, чтобы просить руки возлюбленной.
Даже если дом Юнъань-хоу постепенно приходил в упадок, у этой семьи имелись киноварные письмена на железном свитке4 еще со времен основателей Великой Цзин. Человеку такого низкого происхождения, как Бай Сюнь, по статусу не дозволялось даже через порог переступить. Если бы не тот факт, что Бай Сюнь спас его единственную дочь — Хань-сяоцзе5, — старый хоу6 приказал бы его казнить, а не просто избил палкой до полусмерти и вышвырнул вон из города.
О невежественном носильщике гудела вся столица. Местная знать вскоре обо всем позабыла, так и не узнав фамилию дерзкого юноши. Хань Ваньжоу с детства считалась одной из первых красавиц и к тому же была хорошо образованна. Неудивительно, что многие просили ее руки. Однако после падения в реку она слегла. И больше никто не желал жениться на прикованной к постели невесте из поместья Юнъань-хоу.
Сноски:
3 Так говорят о людях, которым неведом страх.
4 Императорский эдикт о будущей полной или частичной амнистии потомкам заслуженного лица.
5 Сяоцзе — уважительное обращение к молодой девушке.
6 Наследственный титул знати.
Семь лет спустя с северо-запада во главе небольшого кавалерийского отряда прибыл молодой военный — Бай Сюнь. Его войско одержало победу над родом жунов1 в окрестностях Тунгуаня, прервав десятилетний цикл постоянных поражений Великой империи Цзин. Услышав весть о победе, император Кан-ди2 был вне себя от радости и лично повел войска в поход до Аньси, пожаловав Бай Сюню титул полководца. Бай Сюнь был коварным и хитроумным воином. Ради победы в последнем поединке он заключил так называемый союз «по горизонтали»3 и одержал верх над северными иноплеменниками и их королем. В той битве Бай Сюнь спас жизнь Сыну Неба, прикрыв его от стрелы собственным телом. Император восхищался талантами генерала и был признателен за его благородный поступок. Тогда он издал указ и присвоил двадцативосьмилетнему Бай Сюню высший чин — тот стал не просто полководцем, а генералом императорской армии.
Бай Сюнь так и не вернулся в столицу, чтобы получить столь почетную награду. Вместо этого он обратился к императору за дозволением отправиться в Наньхай4 усмирять пиратов. Узнав о просьбе талантливого генерала, император в очередной раз удивился, что его покорного слугу не интересовали ни власть, ни статус, а потому охотно дал согласие. Три года спустя пираты Наньхая были истреблены. Местные жители, долгие годы страдавшие от их набегов, от души прославляли Сына Неба и его посланника. Легенды о Бай Сюне разлетелись по всей империи, и домой он вернулся героем, впервые ступив на столичную землю после великой победы на северо-западе.
Сноски:
1 Китайское название племен, обитавших вдоль северных и северо-западных границ империи Чжоу (1123–254 гг. до н. э.). Традиционно считаются предками хунну, монголов и тангутов.
2 «-ди» означает «император». Личное имя императора — Сыма Юэ (имеется в виду восьмой император империи Цзин).
3 Когда командующий войсками заключает союз с соседними царствами ради победы.
4 Страны южных морей.
В Палате золотых колокольчиков5 император радостно приветствовал любимого генерала. Перечислив все его подвиги за десять лет, он спросил Бай Сюня, чего тот желает в награду. Склонившись в земном поклоне, Бай Сюнь произнес слова, которые потрясли всех присутствующих.
— Подданный желает променять десять лет подвигов и все титулы на дозволение просить руки дочери Юнъань-хоу.
После десяти лет службы и военных успехов Бай Сюнь хотел лишь одного. Как император мог отказать ему в этом? В тот же день указ о бракосочетании, подписанный рукой императора, был направлен в поместье Юнъань-хоу. Глава семьи, уже давно отошедший от государственных дел, понял, что легендарный генерал Бай Сюнь — это тот самый безымянный носильщик, которого он бесцеремонно прогнал. Старый хоу был потрясен и пристыжен. К тому же он понимал, что его любимая дочь вот уже десять лет страдает в одиночестве, и с легким сердцем выдал ее замуж.
Вести об этом разлетелись по столице со скоростью лесного пожара — не было тех, кто не знал бы историю любви Бай Сюня, десять лет рисковавшего жизнью на поле брани ради любимой женщины. Бай Сюнь был не только умен и силен, но и отличался отличным чувством юмора. У него было большое войско и приличное состояние. Не считая общения с Сыном Неба в дни, когда Бай Сюнь посещал дворец, чтобы отдать тому дань уважения, он не заводил дружеских отношений ни с кем из дворцовой знати и словно не замечал попыток сыновей императора привлечь его на свою сторону (умудрившись тем самым оскорбить высших сановников). Но чем больше случалось подобных историй, тем больше его ценил владыка Кан-ди. На второй год после возвращения Бай Сюня ему было доверено командование императорской гвардией, охранявшей столицу.
Сноски:
5 Тронный зал.
Так безо всяких покровителей Бай Сюнь стал самой влиятельной в столице фигурой. Кроме императора у него так и не появилось друзей, с которыми он мог бы выпить и поболтать о всякой ерунде. Но генералу Бай Сюню было на это наплевать. Он каждый день проводил с госпожой Бай — в стенах своего поместья он был прекрасным, заботливым мужем. Госпожа Бай была слаба здоровьем и лишь после семи лет брака смогла родить мужу девочек-близнецов.
Старшую из сестер назвали Бай Си, младшую — Бай Шо. В день их рождения император пожаловал Бай Сюню почетный титул — Чжуго1, а старшую дочь выбрал в жены наследнику престола — ей суждено было жить в восточном дворце2. Любовь императора к семье Бай поражала жителей столицы.
Когда близняшкам исполнилось три года, Бай Сюнь устроил брак и второй дочери — этот союз стал платой в знак благодарности. Когда старый Юнъань-хоу избил Бай Сюня и выгнал прочь из столицы, ему помог тогдашний шилан3 из Министерства церемоний4 — Чун Тай. Глубоко тронутый любовью Бай Сюня и его несчастливой судьбой, он посоветовал ему отправиться на северо-запад и поступить на службу в армию — и даже дал в дорогу пятьдесят лянов серебром. Все это помогло Бай Сюню стать великим генералом, пусть и спустя десять лет.
Сноски:
1 Опора государства.
2 Дворец наследника престола.
3 Церемониймейстер.
4 Ведало государственным церемониалом и экзаменами.
Чун Тай стал первым канцлером. Пять лет назад он посетил столичное поместье генерала, чтобы сватать своего младшего сына — Чун Чжао. Бай Сюнь несколько дней обдумывал это предложение. Он отправился в императорский дворец, поведал Кан-ди о своем прошлом и настоятельно просил Сына Неба разрешить этот брак.
Бай Сюнь вернулся в столицу семь лет назад и с тех пор ни с кем во дворце — кроме императора — не общался. Но каждую новогоднюю ночь он отправлял в поместье Чун три кувшина вина из османтуса. Выслушав рассказ дорогого друга, император понял, что брак этот предопределен судьбой, и, вздохнув от избытка чувств, охотно дал свое разрешение.
Сестрам-близнецам из семьи Бай было всего по восемь лет, но по статусу и положению в обществе они намного превосходили дочерей из других знатных домов.
Если бы не все вышесказанное и если бы девочки были самыми обычными, с чего бы глава Дали-сы, разбирая это дело, сидел как на подстилке из гвоздей и глубокой ночью сам понесся за пределы города искать малышек? На кону стояли жизни двух самых влиятельных девочек в столице, а значит, искать нужно было быстро и при этом не поднимать шума — практически невыполнимая задача.
Глубоко вздохнув, Сун Линь вошел в центральный зал столичного поместья генерала.
Едва он перешагнул порог, в глазах госпожи Бай вспыхнула надежда, но не успела она и рта открыть, как прямо перед главой Дали-сы вырос генерал.
— Господин Сун, есть ли какие-то новости о моих негодницах?
Как можно так называть собственных дочерей? Тем более, что одна из них — принцесса восточного дворца, выбранная в жены наследному принцу самим императором!
Сун Линь — человек порядочный, образованный и добродетельный. Когда он услышал слова Бай Сюня, у него аж борода зашевелилась от возмущения. Безусловно, он знал о репутации генерала и потому не мог высказать ему все, что думает. Смущенно покачав головой, он сказал:
— Генерал Бай, ваш подчиненный бездарен — мы их до сих пор не нашли.
Увидев, как поникли супруги Бай, Сун Линь быстро добавил:
— Презренный слуга узнал, что в час чэньши1 кто-то видел двух совсем юных девочек в южной части города, и уже направил туда офицеров на их поиски.
От этих слов лицо Бай Сюня не просветлело, а, напротив, помрачнело еще больше. Высокопоставленные сановники и родовитая знать всегда селились на севере, а на юге — лишь торговцы и простолюдины. Каким бы влиятельным ни был император, под его носом происходили ужасные вещи. В южной части города царил хаос: там промышляли карманники и попрошайки, там жили представители всевозможных «низких» профессий2. Очевидно, что Си-эр и Шо-эр гуляли в северной части города и восторгались цветными фонарями. Как же их занесло на юг?
Бай Сюнь вырос на улицах и потому прекрасно понимал, что его любимые дочери не просто потерялись. Успокоив жену, он нахмурился сильнее прежнего и повел личную стражу на поиски в южную часть города.
Поздней ночью на центральной улице раздался яростный стук копыт, разбудивший добрую половину жителей. Господин Сун в тонком форменном платье, дрожа от холода, покорно следовал за генералом. Сердце его разрывалось от тревоги, он хотел плакать, но не мог выдавить ни слезинки — оставалось только беспомощно вздыхать.
Сноски:
1 Время от семи до девяти часов утра.
2 Певцы, музыканты, актеры.
Согласно закону, ночью запрещены любые передвижения по городу — если бы цензор и личный секретарь императора увидели Бай Сюня, да еще и верхом на лошади, то на утренней аудиенции у императора генерала могли обвинить в тяжком преступлении.
Где же вы, девочки? Их надо найти как можно скорее, иначе генерал перевернет всю столицу вверх дном.
Когда глава Дали-сы подъехал к южным воротам, в нос ему ударил отвратительный, тянущийся до самого неба смрад — ему навстречу выехала запряженная волами массивная телега. Управляла ею пара мужчин — братья Цянь. Каждые два дня они вывозили помои из южной части города, чтобы поддерживать улицы в чистоте. Ведра были укрыты плотным слоем соломы, чтобы хоть как-то сдержать вонь. Такой уборкой они занимались уже пять или шесть лет, и привратники прекрасно их знали. Солдаты не утруждали себя проверкой телеги — уж очень не хотелось им замараться в нечистотах. Сегодня братья, как обычно, выехали из ворот, а стража просто проводила их взглядом.
Никто не заметил, что хотя слабые и тощие братья Цянь, как обычно, смиренно и льстиво улыбались страже, они так крепко сжимали поводья, что у них на руках вздулись вены. Это было явно не к добру.
Когда телега выехала из города, привратники, точившие мечи, начали нерешительно перешептываться. Им послышалось, что из охапок сена доносились какие-то странные звуки. Один солдат на секунду остановился и оглянулся на телегу. Убедившись, что она спокойно едет по улице, он снова вернулся к своему занятию. В телеге ведь только сено и помои — чему еще там быть? Да и братья Цянь уже не первый год занимаются этой работой.
Запряженная волами телега уезжала все дальше и дальше от южных ворот. С наступлением ночи голоса горожан постепенно стихали. А в одном из ведер со зловонными помоями с затолканными в рот тряпками сидели сестренки-близняшки. Девочки беспомощно смотрели друг на друга — у одной в глазах плясали искорки ярости, у второй поблескивали льдинки страха. Внешне сестры были не совсем похожи, но во взгляде обеих читался необычайный ум.
Утопающие в зловонии девочки вслушивались в окружавшие их звуки. Чем дальше они ехали, тем тревожнее им становилось. Какими бы бесстрашными ни были эти две хрупкие избалованные восьмилетние малышки, они никогда не попадали в такие переделки.
«Это все ты виновата! Я хотела любоваться фонариками, а тебе вздумалось посмотреть на какое-то низкосортное представление! И нас похитили! Что теперь делать?!» — мысленно вопрошала Бай Си, холодно глядя на сестру.
«А сучжоуские хуньтуни1, которыми ты так хотела полакомиться, есть только в южной части города. Так, может, не я одна виновата?» — парировала Бай Шо, яростно глядя на сестру. Глаза ее бегали из стороны в сторону, она чувствовала свою вину, но была не готова это признать.
Они — дочери одной матери, неразлучные с самого рождения, — без слов, с помощью одного взгляда понимали мысли друг друга. Да, их рты были заткнуты вонючими тряпками, но это не помешало им поругаться взглядами.
Вдруг телега остановилась. Сестры одновременно стукнулись лбами о помойное ведро. Застонав в унисон от боли, они переглянулись и, увидев беспокойство в глазах друг друга, тут же прекратили ссориться. Телега немного постояла, а затем снова тронулась — девочки почувствовали, как братья развернули повозку.
Сноски:
1 Хуньтунь — маленькие пельмешки в бульоне.
Разве они не выехали за ворота? Неужели они едут обратно в город? Глаза Бай Си радостно вспыхнули, но почти сразу она почуяла неладное и побледнела. Они ехали не на юг, а на север, вдоль городской стены. Похитители с самого начала собирались отвезти их на север, проезд через южную часть города был лишь уловкой!
Что находилось на севере? Неужели там было что-то помимо императорской усыпальницы? Найдет ли их папа? Будет ли мама волноваться?
Бай Си и Бай Шо неотрывно смотрели друг на друга. Вдруг Бай Шо наклонилась и прижалась лбом ко лбу Бай Си.
«А-Си, не бойся, я защищу тебя. Если появится шанс — беги!»
Бай Си, конечно, поняла взгляд сестры, нахмурилась и гневно помотала головой. Бай Шо напряглась и недовольно замычала.
Один из братьев стукнул по ведру и раздраженно сказал:
— А ну, тихо там! Не то продам вас в публичный дом!
От ударов по ведру у девочек в головах загудело, а сердца часто заколотились от ужаса. Они крепче прижались друг к дружке и замерли. Услышав, что их продадут в публичный дом, Бай Шо испугалась еще сильнее. Она посмотрела на сестру, но ее эти слова вовсе не взволновали.
А-Си в будущем суждено стать императрицей. Продадут ли ее в публичный дом или нет — не важно. С А-Си ни в коем случае ничего не случится!
Если бы ее сестра случайно не услышала, что в южной части города готовится представление, то не подбила бы А-Си сбежать от телохранителя и их бы не похитили.
Зачем их схватили? Что нужно похитителям? Они — враги отца или просто хотят продать их и заработать денег? Бай Шо виновато потупилась — от вони у нее кружилась голова, но она терпела.
— Дагэ1, неплохих мы девчонок поймали, а? Сразу видно, у них одухотворенная ци!
Цянь-младший, худощавый и сгорбленный, потер запястье и оглянулся на ведра с помоями. Его руки, сжимающие поводья, чуть дрожали от напряжения.
— На этот раз денег нам хватит на подольше, правда?
Цянь-старший был гораздо спокойнее. Его волновало поведение девочек. Он понимал, что они еще дети, но нутром чувствовал, что в их жилах течет благородная кровь. Мужчина нахмурился и сказал:
— Девочки с таким характером могут быть дочерями из благородных семей. Мы в столице, под носом у императора. Если тронем потомков знати, то натравим на себя Дали-сы. И тогда у нас начнутся большие проблемы.
— Дагэ, быть не может! Они, конечно, полноваты, как и все отпрыски богатеев, но ты погляди на их одежду — это же простейшая цзяннаньская ткань! И с ними был только один телохранитель. Может, они и из богатой семьи, но точно не из благородной! Кроме того, разве могут две юные девочки из знатного рода разгуливать в такое время без свиты?
Бай Си и Бай Шо чуть не расплакались. На самом деле в Великой Цзин было немало благородных домов, в которых девочкам их возраста давали слишком много свободы.
Бай Си с самого рождения суждено было стать наследной принцессой и хозяйкой восточного дворца. Ей приходилось учиться всему — игре на цине и в шахматы, каллиграфии и живописи, рукоделию, правилам этикета и много чему еще. Генерал Бай безумно любил старшую дочь и понимал, что, достигнув брачного возраста и ступив в императорские чертоги, она уже не сможет свободно покидать стены дворца, чтобы навещать родных. Каждое первое и пятнадцатое число лунного месяца он вывозил двух своих дочерей на прогулку, а когда был слишком занят, отправлял с ними стражу.
Сноски:
1 «Старший брат» в дружеском разговоре.
Первая сестра была спокойной и утонченной, вторая — энергичной и легкой на подъем, но обе отличались особой отвагой и смелостью — им не страшно было отправляться на прогулку без отца. Однако они не хотели привлекать к себе лишнего внимания и потому, уходя из дома, переодевались в простую одежду, выпрошенную у кормилицы. Увы, эта хитрость обернулась против них, и их похитили.
Одухотворенная ци? Что это значит? По спинам девочек пробежал холодок, и они обменялись встревоженными взглядами.
Если их хотят продать — пусть, так даже лучше! Папа рано или поздно их найдет. Но если похитители не собирались их продавать, тогда что им от них было нужно?
Проехав половину большого часа2 по извилистой и ухабистой тропе, запряженная волами телега наконец остановилась. Крышка помойного ведра открылась, сестры тут же подняли головы и встретились взглядами с двумя парами болезненно-мрачных глаз.
— И в самом деле отменный товар.
Старший Цянь поднес к девочкам свечу, осмотрел их, как вещи, а затем вытащил Бай Си из ведра.
Бай Шо тут же схватила сестру за ноги, но пара крепких рук в тот же миг усадила ее обратно.
Сноски:
2 Большой час — одна двенадцатая часть суток, то есть равен двум часам.
— Ну-ну, крошка, куда это ты? Потерпи еще немного.
Младший Цянь был намного слабее старшего брата, поэтому, чтобы вытащить Бай Шо, ему потребовалось приложить немало сил.
Сестер бросили на землю и вынули тряпки изо ртов. Измазанные в нечистотах близняшки болезненно закашлялись и тут же огляделись, чтобы понять, где они находятся.
Похоже, они оказались на каком-то пустыре, обрамленном цепью гор, напоминавшей гибкое тело спящего дракона с парящей в воздухе величественной головой.
Голова дракона? Она на севере от города. Да это же задний склон горы за императорской усыпальницей!
— Усыпальница императора! — охрипшим голосом крикнула Бай Си.
Несмотря на возраст, она была очень образованной, в отличие от бестолковой Бай Шо. Сестры задрожали от страха — ночью величественная усыпальница выглядела особенно жутко. У братьев Цянь сердце ушло в пятки от слов Бай Си. Как обычная девчонка могла с первого взгляда узнать это место? Старший Цянь нахмурился.
У Бай Шо были нехорошие предчувствия. Подавив в сердце страх, она крикнула братьям:
— Да кто вы такие?! Как осмелились схватить нас?! Зачем привезли к императорской усыпальнице?!
— Охо-хо, а у девчонок-то острый глаз, сразу признали место!
— Птичка на хвосте принесла, что именно сюда вас привезти и надо, — сказал младший Цянь и потянулся, чтобы ущипнуть красавицу Бай Шо за щечку, но старший брат остановил его.
— Не усложняй — чую я, они явно не из простой семьи. Давай-ка закончим с ними и поскорее вернемся в город, пока нас не поймали.
Младший Цянь с сожалением убрал руку — и о чем он только думал? Отвернувшись от девчонок, он подошел к усыпальнице, опустился на колени и достал совершенно черный, покрытый чешуйчатым узором кинжал — от него веяло темной силой. Вдруг он без колебаний полоснул клинком по левому запястью.
Увидев, что делает младший Цянь, девочки в ужасе закричали. А после увидели нечто еще более зловещее…
Под кожей младшего Цяня показалась белая кость — но не было там ни плоти, ни крови. Кости окутывала зловещая черная дымка, от которой исходило отвратительное, гнилостное зловоние. Пугающе извиваясь, как змея, дымка потянулась к клинку. Вдруг раздался нечеловеческий вой, и дымка просочилась под землю.
Младший Цянь продолжал что-то бормотать, прижавшись лбом к земле, словно фанатичный монах. Он ждал чего-то…
— Ты… Что же вы за люди такие?.. — дрожащими губами проговорила Бай Шо, упрямо продолжая прикрывать собой Бай Си.
— Люди? — усмехнулся старший Цянь, вытирая черные губы. — Да мы просто решили отправить вас к праотцам.
На запястье старшего Цяня тоже появилась жуткая дымка — даже не потребовалось разрезать плоть. Скорее всего, у него под кожей тоже были только кости. Бай Си и Бай Шо слышали немало сказаний о прекрасных бессмертных и ужасающих демонах, но даже подумать не могли, что все это могло быть взаправду и что Землю населяли не только люди.
— Наш отец — Бай Сюнь, — вдруг раздался слегка дрожащий, но спокойный голос. Бай Си с трудом поднялась с земли и закрыла собой Бай Шо, злобно глядя на старшего Цяня.
— Наш отец — Бай Сюнь, императорский генерал Чжуго, — повторила она. — А я — будущая жена наследника престола, избранная самим императором. Не важно, человек ты, призрак или демон. Ты не смеешь прикасаться к нам! Его величество и наш отец поймают и накажут вас!
Старший Цянь нахмурился, понимая, что они с братом навлекли на себя беду. Он с самого начала догадывался, что эти куколки не так просты, но не ожидал, что они — дочери Бай Сюня. Раз пропали дочери Бай Сюня, значит, в столице все вверх дном перевернут. Из такой ловушки не выбраться в целости и сохранности. И как им после этого продолжать собирать приношения?
Старший Цянь неуверенно посмотрел на стоящего на коленях брата. Вот бы Небесный Владыка стер им память и незаметно отправил обратно в город — тогда никто бы не узнал, что произошло. Во всем мире не было места лучше столицы, где попадались дети с такой потрясающей духовной силой. И если братья не хотели лишиться жизни, они должны были продолжать делать приношения своему хозяину.
Пока старший Цянь думал о содеянном, земля вдруг содрогнулась, и из нее с порывом ледяного ветра стал подниматься невероятный смрад — в десятки раз сильнее, чем от помоев. Посреди пустыря образовался разлом в три чи1, и оттуда появился человек в черной широкополой мантии.
Увидев его, братья засияли от радости — и старший мигом упал на колени.
— Шэнь-цзюнь!2 — закричали они.
Шэнь-цзюнь? Сестры Бай обменялись растерянными взглядами. Неужели этот нечистый дух — бессмертный?
Так называемый повелитель откинул капюшон, открыв свирепое лицо. Бай Шо вновь заслонила сестру.
Сноски:
1 Около метра. Один чи — примерно 0,3 метра.
2 Буквально «божественный повелитель» — уважительное обращение к божеству.
Мужчина в черной мантии вскользь бросил на Бай Си жадный взгляд.
— Малышка, это тебя император выбрал женой наследника престола?
От мужчины в мантии дурно пахло, и глаза у него были красные. Стало очевидно, что это не человек.
Бай Си дрожала от страха, но она все же взглянула в кроваво-красные глаза незнакомца в черной мантии и спокойно сказала:
— Да, я — наследная принцесса, выбранная его величеством. Тебе лучше…
— Отпустить тебя? — расхохотался мужчина в черной мантии. Ветер разносил исходящую от него вонь.— Мне не страшен сам владыка Девяти Небес3. Что сделает мне ничтожный смертный император?
Пристально глядя на Бай Си, он восторженно облизал губы, обнажив острые клыки.
— Не врали звезды, девочка переродилась, как и было суждено. У нее в самом деле потрясающая духовная сила. А когда бэнь-цзюнь4 съест тебя, у него на теле заживут почти все раны!
— Поздравляем, повелитель! — воскликнули братья. Им уже не было страшно, их больше не волновало то, что они похитили невесту наследника престола.
— Раз наш повелитель в добром здравии, — льстиво начал старший Цянь, — значит, братья не зря рисковали жизнью, чтобы похитить этих полных духовной энергии столичных девиц.
Сноски:
3 Девять сфер неба: четыре стороны света, а также северо-восток, северо-запад, юго-восток, юго-запад и центр. Каждая из сфер имеет ворота, охраняемые привратником небесного государя, а также тиграми и барсами.
4 Устаревшее «я» — уважительно о себе.
Стоя на коленях, он подполз к мужчине в черном и потянул к нему руку.
— Повелитель, мы…
— К чему такая спешка? — холодно фыркнул мужчина. — Думаешь, бэнь-цзюнь побрезгует тобой, когда закончит наслаждаться ею?
— Ничтожество не смеет, не смеет!
Старший Цянь тут же замолк и отступил в сторону, увлекая за собой младшего брата.
— Чудовище! Не смей есть мою мэй-мэй!1 — вдруг раздался чистый тоненький голосок. Бай Шо вышла из-за спины сестры, раскинула руки в стороны и закричала: — Я — Бай Си, наследная принцесса, выбранная императором! Она — моя сестра, Бай Шо! Съешь меня, но ее отпусти! Послушаешь меня, и мой отец и его величество не тронут тебя!
— Что за вздор ты несешь?! Я…
Мгновенно изменившись в лице, Бай Си хотела снова заслонить спиной Бай Шо, но та крепко стояла на ногах и не желала двигаться.
— Это все твоя вина! Если бы тебе не приспичило идти в южную часть города, нас бы не поймали! Бай Шо, это все твоя вина! Ненавижу тебя!
Бай Шо уставилась на Бай Си покрасневшими глазами, затем бросилась к сестре и крепко обняла ее. По щекам девочек потекли слезы.
Бай Си и слова сказать не успела, как Бай Шо оттолкнула ее, а сама бросилась к мужчине в черной мантии.
— Съешь меня! Съешь меня и продли свою жизнь, но не смей трогать мою мэй-мэй!
Сноски:
1 Младшая сестра.
— О? — Мужчина смерил взглядом упавшую к его ногам девочку. — А что, если я хочу съесть вас двоих? С какой стати вы ставите мне условия?
— Потому что наш отец — Бай Сюнь!
— Хах… Смертный… — пренебрежительно бросил повелитель.
— Они похитили нас в южной части города. — сказала Бай Шо, показывая пальцем на братьев Цянь. — Нас наверняка кто-то видел. Телохранитель потерял нас у южных ворот. Отец, несомненно, уже узнал о нашей пропаже. Через половину большого часа ему донесут, где нас видели. Чтобы обыскать юг города, ему потребуется два больших часа, не больше. Когда он поймет, что в городе нас нет, то поедет искать нас за воротами.
— И что с того?! — закричал старший Цянь. Испугавшись, что девчонки снова скажут то, что не понравится их повелителю, он попытался заставить Бай Шо замолчать. — Да мы каждый раз пересекаем южные ворота! Никто в жизни не заподозрит, что мы кого-то вывезли в нашей телеге!
— Обычно, может, и да. Но сегодня мы потерялись, — спокойно ответила Бай Шо, с улыбкой глядя на братьев Цянь. — Следы от колес, когда вы вывозите одни помои, не такие глубокие, как следы, когда в телеге сидят еще два человека. Может, стражники сразу и не заметили разницы, но вскоре на это обязательно обратят внимание. Вы покинули город на юге, а затем направились на север, в объезд городской стены. Сегодня дождя не было, а значит, и следы от колес не исчезнут.
Бай Шо подняла глаза к небу, взглянула на диск полной луны и снова уставилась на мужчину в черном.
— Уже идет час цзыши1. Не позднее чем до часа чоуши2 отец будет здесь со всей императорской гвардией. Ты ведь ранен, потому и прячешься, а значит, не хочешь, чтобы тебя обнаружили. Даже если ты съешь нас и перебьешь всех солдат и лошадей, которых приведет отец, о тебе узнают, и ты больше не сможешь скрываться в императорской усыпальнице!
Сжав пальцы в кулаки, Бай Шо продолжила со всей серьезностью:
— Съешь меня, а эти двое пусть отвезут сестру в столицу до того, как сюда прибудет отец. Она о тебе никому не расскажет.
Воцарилась тишина. Бай Си в ужасе уставилась на Бай Шо, стоявшую прямо перед мужчиной в черной мантии. В народе говорили, что одна из дочерей Бай умна и добродетельна, а вторая — упряма и непослушна. Говорили, что император выбрал себе в невестки самую умную. А оказалось… У Бай Си сердце сжалось от горечи и сожаления.
Если бы они не оказались на обрыве между жизнью и смертью, А-Шо, быть может, предпочла бы оставаться глупышкой до конца своих дней. Просто чтобы ее сестра, наследница престола, всегда слыла самой умной, самой красивой и самой лучшей во всем мире.
От слов Бай Шо братья Цянь словно проглотили языки. Они и представить не могли, что девчонки, которых они поймали на улице, окажутся такими умными и смелыми. Другие бы на их месте испугались до смерти, едва увидев их повелителя. А эти даже отважились заговорить с ним!
Хлоп. Хлоп. Хлоп.
Повелитель лениво хлопал в ладоши.
Сноски:
1 Первый большой час суток — с одиннадцати часов вечера до часу ночи.
2 Время с часу до трех часов ночи.
— Хорошо сказано. Ты достойная дочь генерала. Такая маленькая, а храбрее Неба! — Он с любопытством взглянул на маленькую девочку, а затем медленно опустился, чтобы поближе рассмотреть Бай Шо. Увидев перед самым своим носом пару кроваво-красных глаз, малышка испугалась до мурашек.
Повелитель внимательно изучал Бай Шо, и вдруг в глазах его мелькнуло разочарование.
— Я удивлен, почему император выбрал не тебя. Ну, раз судьба такая, что тут поделать? Но какой бы умной ты ни была, ты — не Бай Си.
— Я…
У Бай Шо сердце сжалось от ужаса.
— Девчонка, — усмехнулся мужчина в черном мантии. — У каждого человека своя судьба и своя духовная энергия. И у тебя тоже своя судьба. Вот только энергии в тебе совсем нет. Ты все еще думаешь, что сможешь обмануть меня?
Мужчина в черной мантии встал, мгновенно потеряв интерес к Бай Шо, и пара красных глаз воззрились на Бай Си.
— Я предпочитаю людей с сильной духовной энергией, а не умных. Я не хочу, чтобы меня нашли, но когда я сожру эту девчонку, то смогу странствовать по всему миру, и мне больше не нужно будет прятаться в императорской усыпальнице!
Он медленно потянулся к Бай Си. Бай Шо, не понимая, откуда в ней вдруг появилось столько смелости, вскочила, обхватила мужчину за ноги и закричала:
— А-Си, беги!
Но Бай Си не шелохнулась — застыла на месте, моргая покрасневшими глазами.
— А-Си, быстрее, найди папу! — взревела Бай Шо, изо всех сил сжимая ноги мужчины.
Тот холодно фыркнул.
— Бежать? Тебе некуда бежать! — сказал он и отпихнул от себя Бай Шо.
Может ли хрупкая девочка противостоять демонической силе? От его удара малышка повалилась на землю и закашлялась кровью.
Увидев это, братья Цянь тут же навалились на нее, опасаясь, что она снова попытается помешать повелителю насладиться едой.
— А-Шо! — воскликнула Бай Си и бросилась к сестре.
— Пускай в тебе нет и капли духовной силы, но у тебя такая белая кожа и нежное мясо! Так и быть, я съем и тебя, чтобы не разлучать вас с сестрой! Ха-ха-ха-ха!
Мужчина в черной мантии протянул руку. Заструившаяся из его рукава черная дымка крепко обхватила Бай Си, подняла ее в воздух, и та медленно — цунь за цунем1 — поплыла к повелителю.
Кроваво-красные глаза мужчины горели голодным огнем. Обнажив клыки, он жадно втягивал полной грудью аромат девочки.
— А-Си! — кричала Бай Шо, пытаясь вырваться, но братья Цянь крепко прижимали ее к земле. — Чудовище! Хочешь духовной силы?! Ты ничего не получишь!
Бай Си взглянула на лицо Бай Шо. Почти оказавшись в руках мужчины в черной мантии, она вдруг вытащила из волос яшмовую шпильку, и все вокруг побагровело.
Мужчина в черной мантии пораженно уставился перед собой, братья Цянь в ужасе начали озираться.
Бай Сюнь был уже недалеко — он вел за собой своих людей по колее на дороге. Едва услышав детский крик, он изменился в лице, подстегнул коня и поскакал к горе за императорской усыпальницей.
Сноски:
1 Один цунь — около 3,33 см.
Тело Бай Си повисло в воздухе. Яшмовая заколка выпала из ее рук и, ударившись о каменистую землю, раскололась надвое.
Из залитых кровью глаз Бай Шо полились слезы. У нее тоже была яшмовая заколка для волос — подарок матушки на седьмой день рождения. Обычно Бай Шо завязывала волосы лентой, а заколку оставляла дома. А значит, сейчас она даже не сможет последовать за А-Си.
Увидев разбитую заколку, мужчина в черном пришел в себя. Он посмотрел на мертвую девочку, и в глазах его вспыхнула ярость. Человек умирает, словно гаснет лампа. А вместе с ним угасает предначертанная ему судьбой сила. Она исчезает полностью, когда душа входит в круг перерождений.
Среди демонов ему не было равных, но какая-то смертная девчонка сумела обвести его вокруг пальца! Его темное сознание объяло пламя гнева. Оглушительно взревев, он направил всю свою энергию на Бай Шо.
— Жалкая малявка! Решила одурачить меня?! Я уничтожу твою душу, а тело обращу в пепел! И в чистилище ты будешь бесконечно падать в вечность!
Распластанная на земле Бай Шо не отводила затуманенного взора от отброшенного черной силой тела сестры. Наконец ей удалось вырваться из рук братьев Цянь, и она подбежала поближе к Бай Си. Она не позволит сестре отправиться в путь одной2.
В момент, когда все надежды рассыпались в прах, безбрежный мрак вдруг озарился вспышкой света. Время словно остановилось. Застыла пугающая темная дымка, разъяренные крики сменились тишиной, и даже переломанные ребра начали срастаться цунь за цунем. Творилось что-то невиданное!
Сноски:
2 Считалось, что после смерти человека его душа «отправляется в путь».
Бай Шо распахнула глаза, и в них заискрилась надежда. Сквозь кровавую пелену она ясно видела, как застывшее в воздухе тело Бай Си, окутанное пурпурно-фиолетовой дымкой, мягко опустилось перед ней.
Она подползла к сестре и сжала ее холодную ручку. Подняв глаза, Бай Шо увидела то, что не сможет забыть до конца своих дней.
В свете огромной пурпурной луны показался стройный силуэт мужчины. Волосы его были чернее ночи, ткани церемониальных одежд развевались на ветру. Его облик и взгляд зачаровывали все живое.
Вдруг рядом с ним возник пурпурно-фиолетовый трон. Мужчина равнодушно опустился в него и надменно посмотрел на стоящего у императорской усыпальницы демона в черной мантии.
Едва увидев пурпурную луну, демон рухнул на колени — а все остальные вытаращили глаза от изумления.
Как такое могло быть?! Откуда он взялся?! Он не явился, даже когда Юань Ци обратился в пепел! А теперь он здесь, на краю света у императорской усыпальницы!
— Говоришь, душу уничтожишь? И целую вечность она будет падать в чистилище? Неужели в Трех Царствах есть кто-то, кто смеет так говорить, кроме меня?!
Мужчина скривил губы и слегка ударил черным ботинком по трону — демон в черной мантии задрожал от пугающего звука.
Бай Шо подняла глаза, посмотрела на восседающего на троне незнакомца и вдруг поняла, как выглядит истинное воплощение зла.
Захотелось прочитать книжку полностью?